Часть 12 из 17 В начало
Для доступа к библиотеке пройдите авторизацию
В коробке он обнаружил все те же книги, в большинстве своем все старые и потрепанные. Отступив назад, Ким аккуратно прикрыл дверцу кладовки и глянул наверх.
— Посмотрим, что там? — предложил он.
— Давай, — согласился с ним Глеб, которому тоже было интересно.
Вдвоем они осторожно поднялись по довольно крепкой лестнице и заглянули наверх.
— Охренеть! — высказался постоянный житель особняка. — А я не знал, что здесь такое есть.
На чердаке располагалась небольшая комната. Вполне себе жилая комната, при виде которой Ким сразу решил: «Мое!..»
Мебели здесь было немного: только пара шкафов у стены, широкий матрас прямо на полу, покрытый шкурой, похожей на медвежью. Но это было не главное. Главным в этом месте был камин, самый настоящий, действующий камин! В нем даже огонь горел. Вот только… Ким нахмурился, пытаясь понять, что ему не нравится в этом огне. Для начала, от него не было жара, хотя дрова трещали и даже стоял запах сгораемой древесины. Он протянул руку. Не было от огня жара.
— Иллюзия… — подойдя со спины, произнес Глеб. — Первый раз вижу такой артефакт.
— С чего ты взял? — оглянулся на него Ким.
— Так это моя способность — распознавать любую иллюзию. Довольно бесполезная способность, — с грустью произнес Глеб. — Что толку от такого умения?
— Это кто там лазит? — услышали они немолодой женский и довольно сварливый голос.
— Антонина Павловна, — с некоторым виноватым выражением лица глянул вниз Глеб. Он даже как-то весь сжался.
«Видимо, вот кто у нас здесь самый главный босс локации»… — подумал о женщине внизу Ким, как о каком-то игровом персонаже.
— Здесь было открыто, вот мы и вошли, — оправдывался одноклассник.
Действительно, по-своему уникальное место… Где еще представитель дворянского рода стал бы оправдываться перед служанкой, пусть даже и чужой!
— Это я вижу, — глянула на него довольно высокая и немолодая женщина лет пятидесяти. Она была выше даже его нового знакомого, который в свою очередь возвышался над Кимом на полголовы.
— Я думал, вы будете только вечером, — заметил Глеб.
— Просто я закончила свои дела раньше… Так что ты здесь делаешь? — не позволила она увести себя с темы.
— Показываю новенькому особняк… — это было похоже на оправдание.
— Это я тоже вижу… — Ее взгляд сместился на Кима. — Так значит, это ты новенький? Уже разместился в комнате?
— Скажите, а в этой комнате нельзя разместиться? — неожиданно спросил ее Ким.
Он ожидал услышать отказ, но вместо этого она пожала плечами:
— Почему бы и нет! Это такая же комната, как и остальные на этом этаже.
— А мне сюда вы запрещаете заходить, — в голосе Глеба проскользнула обида.
— Конечно… — глянула на него главный смотритель этого места. — Не хватало мне, чтобы разрушитель иллюзий уничтожил уникальный артефакт, созданный прошлым жильцом этой комнаты! Надеюсь, ты не коснулся камина? — подняла она строгий взгляд на Глеба.
— Нет, конечно… — возмутился тот. — Я что, маленький?
— Так ты еще можешь снимать иллюзии, а не только их распознавать? — заметил Юрий. — Неплохое умение…
— Бесполезное, — снова отрезал тот, дав понять всем своим видом, что не желает это обсуждать.
— Можешь остаться в этом месте, но при условии… — продолжила тем временем Антонина Павловна. — Одно из правил этого места — каждый проводит уборку в своем жилище самостоятельно… Проверять я буду лично. Находящиеся на стеллажах книги — это в основном справочники, они должны оставаться на своих местах… Но ты хорошо подумал? В других комнатах присутствуют удобства, такие как душ и туалет. А тут тебе придется ходить в конец коридора, туда, где находятся общие туалет и ванная.
— Ничего страшного, — заверил ее Ким. — Меня все устраивает…
— Ну, хорошо, это теперь твоя комната… Но если этот парень, — кивнула она на Глеба, — что-нибудь здесь натворит, спрашивать буду с тебя.
* * *
Процедура въезда в комнату оказалась до безобразия простой. Получить две упаковки чистого постельного белья и пару покрывал у Антонины Павловны — вот и вся процедура. Из своих вещей у Кима были только полученная учебная форма и пакет с теми вещами, что были на нем по прибытии. Благо завтра выходной и он сможет сходить домой за остальными необходимыми на первое время вещами. Никто их здесь взаперти держать не собирается, и поэтому в выходные дни перемещение не ограничено, чем многие учащиеся и пользуются. Многие на выходные возвращаются домой. Тот же Глеб уже сегодня собирался навестить родных и уже ушел, оставив Кима одного обустраиваться в своей новой комнате, где и делать было нечего. В этой комнате совсем недавно убирались, поэтому здесь было довольно чисто.
От нечего делать, оставшись один, Юра начал просматривать книги на стеллажах. И действительно, большее место здесь занимали справочники и энциклопедии. Художественная литература тоже присутствовала, но ее было очень мало. Всего одна книжная полка.
«Интересно, кто же раньше жил в этой комнате? — задумчиво провел он кончиками пальцев по корешкам книг. — Должно быть, интересный был человек…»
Ким остановился напротив окна. Всего в сотне метрах от их особняка, превращенного в общежитие, стоял еще один, но даже на взгляд он выглядел гораздо старше того, в котором поселили парня. Возможно, это такое же общежитие, как и у них. В этом месте он уже ничему не удивлялся. Правильно говорят об академии: это отдельный город внутри города. Теперь он в этом наглядно убедился.
Побыть долго одному не удалось.
— А почему я не знала об этом месте? — этот голос, как и его обладательницу, нельзя было назвать приятными для него. Общения с этой девушкой ему сегодня за глаза хватило. Мысленно он отнес ее к категории проблем-ных.
— А ты что здесь делаешь? — Ким мрачно глянул на стоящую в дверях Вику.
— Ты словно и не рад меня видеть, — особо расстроенной этим фактом девушка не выглядела. — Вообще-то я здесь тоже живу, этажом ниже.
— Вот радость привалила… Насчет твоего клуба… — начало было он, но его остановили.
— Договор есть договор, — заявила она. — Ты же не нарушишь данного слова?
— Не нарушу…
Против факта не попрешь… Он действительно дал ей слово. Сам выставил условие. И почему-то уже был этому не рад.
— Классное местечко! — в запале она повела рукой, задев тяжелое кресло.
Ким замер, глядя на отлетевшее, как пушинка кресло, которое теперь лежало метрах в трех от него.
— Ой, прости… Я нечаянно!
Его глаза готовы были выпасть из орбит, а челюсть — шлепнуться о пол, когда она легко подняла упавшее кресло и поставила на место, словно оно ничего не весило.
— А ты сильная, — только и смог выговорить он, а про себя добавил: «Не завидую твоему парню… если такой герой найдется, конечно».
— Ага… Ты не первый, кто мне это говорит… Такова моя природная способность… — скромно призналась она и добавила с сожалением: — Постоянно приходится контролировать себя, чтобы что-нибудь не сломать… Ах да, что я пришла-то… Там всех на ужин зовут. Пошли, а то Антонина Павловна будет ругаться… Не любит она, когда опаздывают, считает, что все должны есть вместе.
* * *
Если не обращать внимания на отсутствие звезд на потемневшем небосклоне, ночь в этом месте наступала так же, как и за его пределами. Но в Артуре Ким видел уличные огни только в центре города (в крепостных районах освещены были только подъезды домов и перекрестки дорог и улиц), а здесь свет был везде. Двор дома, дорожка, бегущая через лес, сопровождаемая цепочкой огней, — из своего окна он мог видеть только это, и все же это сильно отличалось от виденного им ранее. Вот только дом напротив не был освещен. В нем даже окна не горели. По крайней мере с той стороны, которую Ким мог видеть. Может быть, там и не жил никто, но это парня не особо интересовало. Закрыв дверь в комнату, чтобы, не дай бог, ему не помешали, он стоял у чердачного, круглого окна, задумчиво разглядывая вид за окном.
Снова ему вспомнился тот кавказец, пришедший в класс в начале четвертого урока. Почему-то этот мужчина никак не желал выходить у Кима из головы. Все же где-то и когда-то он его уже встречал. Вот только память, можно сказать, впервые в жизни его подводила, не давая точного ответа на этот вопрос. Такого с ним не происходило с самого детства, со времен детского дома.
Стоп! Детдом… Ким нахмурился. Ему показалось, что он наконец-то зацепился за ниточку, ведущую его к нужному ответу. Что-то было связано с его детством… Ну конечно! Немудрено, что он сразу и не смог вспомнить. Их единственная встреча произошла в детском доме аж двенадцать лет назад. Да и встречей это назвать было трудно. Ким видел этого человека меньше минуты, в обществе заведующей детского дома.
Вряд ли это должно представлять для него интерес. Мало ли зачем Лаврентий Павлович тогда приходил туда…
Отойдя от окна, Ким сел в позу лотоса у камина. Для того что он собирался сделать, не было нужды так садиться, просто ему так было удобно.
Выставив обе руки ладонями кверху, парень сосредоточился и сразу же почувствовал холодок, пробежавший по спине — там, где была чешуя. Над правой открытой ладонью появился закрученный в шар снежный вихрь. Почти сразу поток тепла прогнал холодок, и над другой ладонью образовался огненный шар.
Это и была его сила. Сила двух стихий.
Но не это было его главной тайной, которую он тщательно скрывал.
Ким начал сводить ладони, пока огонь и стужа не соприкоснулись. А что происходило в этом случае, нетрудно догадаться. Попробуйте добавить воду на раскаленную сковородку. Облако пара, которое можно было назвать и кусочком тумана, не рассеялась, а начало принимать форму, и…
— Мяу! — И белая кошечка потерлась о его бедро, запрыгнула на колени и потянулась к его ладоням, требуя ласки, которую тут же и получила.
— Ласка! Я приготовил тебе рыбки… — поглаживая любимицу, мысленно сказал он. Рядом с ним действительно обнаружилась тарелка с жареной рыбкой, оставленной им с ужина. Но игривая кошечка не спешила брать угощение, продолжая требовать ласки и урча от удовольствия. В эти секунды он пожалел, что не может показать тем, кто называет Туманных Котов кровожадными монстрами, свою ласкающуюся любимицу.
— Как там наши? — спросил он ее, почесывая за ушком.
— Братик за ними присматривает, со своей кошечкой… — услышал он ответ Ласки. (У Туманных Котов все почти как у людей. Родственные чувства у них преобладают, и они сохраняются всю жизнь). — Не беспокойся… никто их не обидит.
Ким рад был это слышать.