Часть 7 из 63 В начало
Для доступа к библиотеке пройдите авторизацию
— Примерно так. И не нужно говорить, что это самая большая ошибка в общении с мужчинами. — Поторопилась предупредить, чтобы не услышать очередной урок из курса «Как нужно вести себя с особями противоположного пола».
— И что он?
— А что, не видно?! — Раздражённо взмахнула руками, по касательной задевая любопытный нос Дениса.
— Ой, подожди, — отмахнулся тот, — ноги затекли.
Дэн начал неловко переваливаться с ноги на ногу, попытался удобнее устроиться, пока тонкая, но сильная женская рука не потянула за ворот накинутой на голую грудь рубашки.
— Да ладно тебе в ногах жаться! Садись между нами с Серёгой.
Дождавшись удовлетворённого мужского вздоха, Маша победно улыбнулась.
— Так, что там дальше было?
— А что дальше? — Властно хмыкнула. — И смешно, и грустно одновременно. Самсонов рассказал мне занятную историю из цикла «Мои планы на будущее», в которых у него была жена из приличной семьи, большой бизнес всё из той же семьи, власть, деньги и дальше по списку.
— Погоди, погоди, он тебе изменял?
— Нет, ребята, тут всё гораздо сложнее. Говорю же: планы на будущее. Причём будущее он видит грандиозным. Если говорить проще, то у него на примете есть девочка, которая через несколько лет станет отличной женой. Только девочка эта вряд ли догадывается о существовании такого подарка судьбы, как Самсонов, поэтому и живёт себе припеваючи. Он, в перспективе, хочет выйти на достойный уровень в бизнесе, сколотить приличный капитал, а там, как он сам выразился, заключить выгодную сделку-брак.
— Модное нынче выражение «слияние капиталов». — Кивнул Сергей.
— Именно.
— Подожди, подожди. — Засуетился Денис. — Но ты сказала, что ушла сама, потому что поставила условие. Что я пропустил?
— А пропустил ты, дорогой, — удостоился хвалебного щелчка по носу, — мою роль в этих грандиозных событиях.
Театральная пауза заставила друзей волноваться.
— Не томи. — Нахмурился Сергей и толкнул Дэна к спинке дивана, чтобы видеть Машины глаза.
— Всё это время я должна была исполнять роль серого кардинала и, по совместительству, его любовницы.
— То есть, — с недоверчивым смешком, медленно начал Сергей, — ты продолжаешь работать на него, брать на себя всю черновую сторону, при этом ублажать в постели и, думаю, не ошибусь… э-э… быть при этом благодарной? — Под конец речи он нахмурился, портя своё идеальное лицо морщинами через весь лоб.
— Бинго! Именно так всё и было. Он мне так и сказал: детка, что ты знаешь о семье? Её у тебя никогда не было.
— И, стало быть, не должно быть?
— Ага, не заслужила! — Маша нервно поддакнула.
— И? Что дальше? — Растолкал их по сторонам Дэн.
— А дальше и был тот самый вопрос, который, само собой, стал ребром: либо он успокаивается, берёт свои слова обратно, не знаю… говорит, что это такая неудачная шутка, либо я ухожу.
— Если бы он сказал, что это шутка, я бы его не понял. — Хохотнул Денис, а Серёга который раз за вечер цыкнул.
— Вот он и не сказал. На тот момент ещё не осознал, что я вот так могу всё бросить. Но… всё это время я как бы на себя работала, в перспективе мечтая стать совладелицей компании, будучи законной супругой. А теперь получается, что я буду временной подстилкой и верным псом. Такой расклад меня не устроил, и я ушла.
— И как? Какие планы?
— Как себя чувствуешь? — Вклинился Денис и бесцеремонно толкнул друга локтем в бок, намекая, что Серёгу понесло не в ту сторону. Вот так всегда: Денис про чувства, Сергей про дело.
— Чувствую себя, на удивление, замечательно. Планов никаких. — Посмотрела на одного и другого в порядке очерёдности ответов. — Пока думаю отдохнуть, потому как всё ещё пребываю в состоянии шока. А вот завтра меня наверняка происходящее прилично затронет, горе и обида накроет с головой и-и… — Рукой махнула, запрокидывая голову к потолку.
— Дела-а…
— И не говори. — Небрежно отмахнулась. Посмотрела на друзей и хохотнула, затем ещё и ещё, потом попыталась очередной смешок подавить, а после не сдержалась и расхохоталась в голос.
— Видимо, истерика. — Всё так же заботливо констатировал Дэн и погладил по костлявой спине, вот только Маша вытирала набежавшие слёзы и едва ли походила на убитую горем.
— Ой, не могу, парни, если вы узнаете, почему я пришла сюда, и у самих истерика начнётся.
В завершение смехотерапии, Маша неприлично хрюкнула, утёрла слёзы и улыбнулась.
— Я-то, наивная, думала, что Сергей все эти годы страдает от неразделённой любви ко мне, и вот, пришла спасти его разбитое сердце, предложить себя в качестве супруги, но, видимо, опоздала.
Оценила два офигевших взгляда и добавила.
— Да, да, хотела, чтобы Сергей мне так, чисто по-дружески помог с ребёночком, и мы бы все вместе его растили. Прикол, да?
Последняя улыбка затянулась, глаза после частого моргания были закрыты слишком долго, и никого не удивила вытекшая в итоге одинокая слеза, которую она смахнула лёгким жестом, так, словно ничего там и не было.
— Машунь, прекрати, он не стоит твоих слёз.
Множественно кивнув на это замечание, она поджала губы.
— Ребят, вы разбили мне сердце, честно. — Держась из последних сил, чтобы не расплакаться снова, Маша старалась глубже дышать. — Я никому не нужна, да?
— Так, возьми себя в руки! Неужели ты хочешь, чтобы мы начали тебя утешать? — Вспомнил Сергей, как же Маша этого не любила. — Если очень хочешь, то мы запросто. И слёзки утрём, и по головке погладим, только давай без всех этих «я никому не нужна…» — Передразнил её тонкий голос, кривляясь. — И, вообще, что тебя больше расстроило, я так и не понял. — Руками развёл, а Маша широко улыбнулась.
— Пердюмонокль! — Собравшись с силами, выкрикнула она.
— Что?
— Пердюмонокль. — Повторила увереннее. — Или удивление наивысшей степени. — Устало пояснила. — Вы меня удивили. — Плечами пожала, к собственным ощущениям прислушиваясь. — Не расстроили, правда, но удивили, так уж точно. Я люблю вас и, да, знаю, что вы тоже любите меня, — зачастила Маша словами, перебивая даже их мысли, — но я не о том. Вот, как женщина…
Пронзительные голубые глаза блеснули в темноте комнаты.
— И что как женщина?
— Скольких мужчин ты помнишь, чтобы обратили на меня внимание? — С вызовом обратилась к Сергею.
— Я, представь себе, — с таким же вызовом бросил он, — помню таких много. И не только внимание они обращали, но и откровенно хотели тебя, пускали слюни, но ты, принцесса погорелого театра, никого и ничего вокруг себя не хотела замечать. Именно не хотела! — Не позволил Серёга вклинить и звук. — Есть твой недоделанный, и бог с ним, большего и не нужно! Вот, я не понимаю тебя… Ты что, в зеркало на себя не смотрела никогда, что ли? Ведь всё есть, всё! И лицо, и фигура, и волосы… и глазищи эти! — Нервно сотрясал руками перед тонким носиком. — Всё, что касается бизнеса, так это мы стремимся к точке кипения, а всё, что касается личной жизни, так, словно и не важно! Вот и получила закономерное завершение процесса. Я лично ничего другого от этих отношений и не ожидал. Что это? Что это, я тебя спрашиваю?! Двенадцать лет вместе, а ни дня толком наедине и не провели, самостоятельно не жили.
— Я жила. — Тихо и не очень убедительно попыталась возразить Маша, поэтому её протест был тут же подавлен.
— Жила она… Да ты у меня чаще находилась, чем у него! Он даже не знает, что ты без сахара кофе пьёшь, потому как ему это и не нужно знать! Он позволял себя любить, ему большего и не нужно было. Ты была удобна во всех позициях!
— А почему ты на меня всегда кричишь? — Тихо всхлипнула Маша, но этот эпизод не принёс должного эффекта и артиллерийский удар по личной жизни продолжился.
— Тебе все говорили, что не нужна ты ему, а ты нос воротишь! Сколько раз уходила, хлопнув дверью, вот из этой самой квартиры?! Не говорю уже о том, как мы жили втроём на съёмной, а он царствовал в своей трёхкомнатной. И ты считаешь, что это отношения? Да тебя не жалеть, тебя выпороть нужно! Тогда ещё нужно было, когда ты его знакомиться привела.
— Хватит…
— Что хватит, что?! Я неправду говорю?! Я в чём-то ошибаюсь?!
— Нет, это я ошибаюсь. Сергей, я не знаю, что тебе на всё это сказать. Ты прав, однозначно. Только уже ничего не изменишь. — Осторожно проронила, мужчину по ладони поглаживая.
— И снова глупость! Что ты не можешь изменить? Мужика ты себе не найдёшь, работу? А друзья у тебя есть, одну не бросят!
— И на том спасибо…
— Спасибо… — Перекривлял, успокаиваясь. — Ты нам всем сердце вырвала со своим Самсоновым, а теперь «спасибо». Да я ему лично руку пожму хотя бы за то, что раскрыл тебе глаза.
— Поддерживаю! — Жизнерадостно выкрикнул Дэн и обнял их обоих. — А теперь давайте забудем это как страшный сон. Маша, как я вижу, и сама не очень переживает, ей, скорее, неприятен факт того, что её использовали, верно? — Маша кивнула, и уткнулась сопливым носом в мощную шею. — Во-от, а значит, всё у нас будет хорошо, давайте сейчас выпьем чего-нибудь горячительного, и по постелькам. М-м? Как? Я гений?
Маша вдруг всполошилась, зажала рот ладонью и округлила глаза, опомнившись. На мужчин посмотрела и очень уж выразительно воплотила в жизнь желание раствориться в воздухе.
— Ребят, простите, я вам помешала, а сейчас сижу и даже об этом не помню. — Виновато призналась. — Исправляюсь и убегаю, больше так не буду, честно.
Пыталась уже улизнуть, но сильная рука ловко и без усилий усадила на место, прижимая к горячему боку ещё сильнее.
— Да брось ты! Тут такой праздник: ты от недоделанного освободилась! Пить, гулять нужно, а ты говоришь… помешала. Правильно сделала, что к Серёге пришла! Нам теперь будет чем перед Гошаном форсануть! А то они всё никак не определятся, кто для тебя круче. — Денис Серёгу в бок толкнул, подкалывая, а тот только взгляд скосил, предупреждая.
— Да все вы хороши… Кстати, Серёг, познакомь меня с теми, которые меня хотели. Так, кажется, ты говорил. — Ехидная улыбка выдала тайный замысел и Сергей напрягся.
— Я говорил в общем. — Терпеливо осадил он взглядом и им же придавил. — А что касается моих знакомых…
— Слишком многие из них приверженцы одного движения, тебе противоположного. — Пояснил мучения друга Дэн, за что тут же получил подзатыльник.
— И даже Валерий Палыч? — Натурально удивилась Маша, припоминая интеллигента в третьем поколении, доктора каких-то там наук, классного как внешне, так и по жизни мужика, на которого и в тайне, и в шутку не раз заглядывалась.
— Крошка, не будь так наивна. — Изобразил Дэн пьяного Валерия Палыча и снова получил подзатыльник. — А что такого сказал?! — Возмутился.
— Ничего. — Рыкнул Серёга. — Но в целом… Маш, Дэн прав.