Часть 3 из 48 В начало
Для доступа к библиотеке пройдите авторизацию
— Все и так очевидно, Лейла, — насмешливо произносит он, с размаху втыкая иглы в мое сердце. — Я ведь говорил совсем недавно... Говорил, что у нас в компании — утечка информации. Говорил, что конкуренты пытаются утопить нас. А сегодня ты с тем самым конкурентом... С ним вместе, в обнимку! О чем я должен был подумать в первую очередь?
— Ты вообще в своем уме? — Я вспыхиваю как спичка. — Что ты несешь, Бурак?! То есть веришь каким-то непонятным...
— Что непонятного? Как раз-таки все очень понятно! — перебивает он. — Быстро же ты успела забыть, какой твоя жизнь была до меня.
Я отшатываюсь, не веря в его слова и в то, с какой уверенностью он говорит мне об этом. Буквально режет на части. Придавливает бетонной плитой клеветы.
Сейчас, глядя в такие родные, до боли любимые глаза, я чувствую во рту невыносимую горечь, которая растекается все больше и больше. Не дает глотнуть воздуха.
— Ошибаешься, Бурак. Ты ошибаешься, — шепчу еле слышно, качая головой.
Свекор, который до этого момента молча наблюдал за нашим спектаклем, наконец подключается и, усмехаясь, произносит:
— Бурак, с такой легкодоступной девицей тебя больше ничего не должно связывать!
Да они все с ума посходили! Даже не спрашивают, что да как! Им это просто не нужно. Они сделали свои выводы и теперь чувствуют себя королями. Ладно, с этой семьей все понятно. Они никогда не любили меня. Всегда считали, что я не подхожу их сыну. Но Бурак... Он же знает меня как облупленную. Знает, что никогда не предам. Что я за правду и только за честность! Ведь мы столько лет вместе... Столько пережили. А теперь его будто подменили, честное слово!
— Не будет, — отвечает муж, а затем, схватив меня за руку чуть выше локтя, тянет к выходу. — Лейла сейчас же уходит!
Я дергаюсь, сопротивляюсь ему, но наши силы неравны, и, открыв дверь, муж вышвыривает меня, как ненужную вещь. Как какой-то мусор, который мешался под ногами.
— Бурак! — Я сглатываю непробиваемый ком в горле. — Да ты... Ты совсем свихнулся? Я... Я сына с собой заберу. Не оставлю ни за что!
— Никакого Али! — жестко чеканит он. — Проваливай, Лейла, пока я окончательно не лишил тебя всего!
— Он и мой сын! — Эмоции захлестывают меня с головой. — Али — мой ребенок! Как ты можешь?! Как ты можешь быть таким жестоким?! Ты не имеешь права так со мной поступать! Не разобравшись! А ведь пожалеешь...
Слез отчего-то нет. Они тяжестью застревают в груди. А разочарование в муже разрастается до невозможных размеров. Так больно мне еще никогда не было. Душу разрывает в клочья от бессилия и неверия в происходящее.
— Я уже пожалел, что несколько лет назад повелся на твои слезы, — бьет он словами наотмашь. — Мать была права. Во всем. Забудь о сыне, Лейла. Завтра же адвокат подготовит документы о разводе. Подписываешь их и катишься к черту. Ты поняла меня? Иначе я уничтожу не только тебя, но и твою сестру! Ты же любишь ее, да? Ты же не хочешь, чтобы ее выгнали из университета?
— Ты с ума сошел, — шепчу я в припадке. — С ума сошел, — повторяю, качая головой. — Даже не спросил, Бурак. Ничего не спросил... Так просто рушишь всю нашу любовь. Нашу семью. За что ты так со мной?! За что?
— Нечего спрашивать. — Он пропускает мою последнюю фразу мимо ушей. — Я увидел достаточно для того, чтобы понять, где ты шлялась. И с кем...
Он не договаривает, но я сразу же понимаю, что Бурак хотел сказать.
— Я вернусь за Али, — произношу сквозь стиснутые зубы. — Ты не посмеешь оставить его без матери. Никогда такого не будет, Бурак! Никогда!
— Мать, которая к чужим мужикам в трусы лезет, ему не нужна. — Он толкает меня в очередной раз, и я машинально делаю несколько шагов назад. — Клянусь, Лейла... Посмеешь приблизиться к моему сыну... уничтожу тебя! Чего стоишь? Проваливай, я сказал!
Глава 3
— Нет! — Я начинаю молотить кулаками по закрытой двери, дергать за ручку, но все без толку. — Бурак, ты не посмеешь это сделать! Не посмеешь забрать у меня сына! Бура-а-ак! Выслушай меня хотя бы! Прошу тебя! Не будь таким жестоким!
Однако в ответ уже ничего не слышу, и это разбивает мое сердце на миллион маленьких осколков, принуждая застонать в голос.
Я понимаю, что разговаривать с ним уже бессмысленно, ведь ему знатно накапали на мозги, однако с каждой последующей минутой эта мысль ломает меня все сильнее и сильнее. Такого разочарования я не испытывала никогда.
Я стараюсь идти вперед на дрожащих ногах, но по дороге не выдерживаю и падаю на холодный асфальт. Царапаю колени, но боли не чувствую, а затем зажимаю рот ладонью. Слезы так и рвутся наружу, застилая разум. Порабощая сознание. Бесконтрольной вой несется из глубины души.
Мне еще никогда не было так плохо. Я начинаю трястись, как в приступе тахикардии. Я просто не могу в это поверить! Будто не со мной это случилось... Будто все это страшный сон, в котором нет больше света.
— Лейла, с вами все в порядке? — отдаленно слышу чей-то участливый голос, но лишь мотаю головой и наконец встаю в полный рост. Охранник, наверное.
Побелевшими от напряжения пальцами смахиваю выбившиеся пряди волос и тяжело сглатываю. Слова мужа звучат в голове бесперебойным ритмом. И каждое из них режет без ножа. Разрушает до основания.
«Посмеешь приблизиться к моему сыну... уничтожу!» — Как гром среди ясного неба.
Еще с утра все было прекрасно, а уже вечером меня вышвыривает из дома собственный муж. Ну разве может поступить так родной, до боли любимый человек? Тот, с которым я прожила пять лет рука об руку. Которому когда-то вверила свою судьбу. Отдала свое сердце... А затем так легко, по щелчку, уничтожить нас... Нашу семью. Будто бы это ничего не стоит.
Отвернуться и выбросить, как ненужную игрушку? За что? Почему?! Чем я заслужила такое к себе отношение? Я всю жизнь только и делала, что жила ради мужа и сына. Своей семьи у меня много лет не было, но я всегда о ней мечтала, и поэтому моим главным ориентиром стали они. Бурак и Али... Других просто нет.
А теперь муж хочет отнять у меня сына!
Я этого так просто не оставлю. Не позволю случиться такой тотальной несправедливости.
Я шагаю абсолютно без сил, на автомате выстраиваю траекторию движения, а затем сажусь в свой автомобиль и называю адрес подруги, потому что просто не знаю, куда ехать. Не знаю даже, как жить дальше, если у меня заберут самое родное!
И еще... она единственный человек, который меня поймет.
Доезжаю я быстро. Буквально через сорок минут оказываюсь возле ее дома. А затем нажимаю на кнопку звонка и, когда дверь передо мной открывается и я вижу Дарину, просто начинаю реветь. Навзрыд.
Подруга пугается. Хмурит лицо, тревожно вглядывается в мои наверняка опухшие от слез глаза. Я стараюсь держать себя в руках, но эмоции бесконтрольно рвутся наружу, не давая мне успокоиться.
— Лейла... — испуганно говорит она. — Что случилось, родная?
— У меня семья разбивается, Дарина! — начинаю без предисловий. — Муж обвиняет в измене. Из дома выгнал, представляешь?! И сына отнять хочет!
— Что?! — Подруга неверяще мотает головой, пропуская меня внутрь. — Как это?! Вы же такая прекрасная пара. У вас сын есть и...
— Вот именно! — Я задыхаюсь от боли, вновь повторяя свои слова. — У нас есть сын, которого он хочет отнять у меня... Что я сделала не так? За что мне такие мучения?
— Рассказывай, — строго произносит она. — Рассказывай все. От начала до конца.
— Он... Я... — Язык заплетается от переполняющих эмоций. Я просто не могу сказать ни слова.
Подруга, видя мое состояние, качает головой.
— Так дело не пойдет. Умойся, Лейла, — протяжно вздыхает Дарина. — Ты выглядишь разбитой. Затем поговорим.
Я киваю и на негнущихся ногах бреду в ванную комнату. Ставлю руки по обе стороны от раковины и всматриваюсь в свое покрасневшие от слез лицо. Открываю кран и без конца начинаю ополаскивать щеки.
Ну вот как я переживу все?! Как мне не сломаться от полного непонимания?! От такой циничности со стороны мужа?! Я просто не знаю, как пробиться сквозь эту стену вдруг появившегося полного безразличия ко мне...
Поверить всем. Но не мне.
Я ведь для него все... Все делала, любила до безумия. Жила. Дышала им! Разве этого мало? Разве мало того, что я всегда была рядом с ним?! Каким образом я могла ему изменить? Что за чушь?
А теперь... Все разбилось вдребезги. О скалы его недоверия.
Я ведь пыталась донести до него свои слова, но Бурак даже слушать не стал. Просто потащил меня к двери, вынося нам обоим приговор.
Я его никогда не прощу за это. Никогда! Не прощу такого страшного унижения перед всеми. Такого наплевательского отношения ко мне.
Перед глазами все еще стоит его семья. Насмешливые и презрительные взгляды оставляют отметины на моем сердце. Вонзают иглы в него, ковыряя раны вновь и вновь.
Они смотрели на меня так, будто я не жена их сына... не мать их внука... а грязь под ногами. А Бурак... Мой любимый Бурак... В его глазах я больше не видела себя. В них был лишь лютый пронизывающий холод.
Видимо, ему хорошо промыли мозги, раз он не дал ни малейшего шанса оправдаться. Муж просто решил все за нас двоих и лишил меня права голоса.
Но я не заслуживаю такого отношения к себе. Не заслуживаю. Я ничего плохого никогда не делала. Жила по совести и просто любила...
Глубоко вздохнув, я промокаю полотенцем лицо и возвращаюсь к Дарине, которая ждет меня в зале. Натягиваю слабую улыбку, но сама чувствую, что она выглядит натянутой. Безжизненной.
Я понимаю, что неправильно вываливать все свои проблемы на Дарину. Тем более у нее самой сложный период в жизни. Она развелась и теперь строит новую жизнь, храня под сердцем тайну от мужа. А он всю жизнь любил другую, а ее просто обманывал, ожидая момента, когда они с его любовницей соединятся вместе.
И раньше я бы не поверила, что такое вообще может случиться, но не теперь... Жизнь знатно ударила меня под дых. Поиздевалась. И как справиться совсем одной... я не знаю. Но точно понимаю: как оказалось, других друзей кроме Дарины у меня нет.
Раньше я считала дружбу чем-то ненужным, а теперь, после всего произошедшего, она стала моей спасательной шлюпкой.
Мы с Дариной познакомились совсем недавно, на одном из приемов. Деловом ужине... Но почти сразу стали общаться. Она — хороший и чистый человек. В ней нет ни капли злобы и ненависти. Дарина еще восхищалась мной и Бураком, а я в ответ лишь улыбалась, говоря ей, что у меня просто самый лучший на свете муж.
Совсем недавно все было так...
«Когда мы еще были счастливы, — шепчет мне внутренний голос. — Когда наша семейная жизнь не висела на волоске. Когда мы не стояли на грани развода...»
Или это все было игрой и Бурак никогда меня не любил? Ведь если любят по-настоящему, так не поступают. Не заставляют другого страдать, давя на самую больную точку, и не выставляют за дверь мать своего ребенка.
Я опускаюсь на диван и сцепляю пальцы в замок, а Дарина вдруг уходит. Я непонимающе озираюсь, но когда она возвращается с водой, облегченно выдыхаю.